Vladimir Jabotinsky · On Jews, Russia, and Nationalism: Early Writings of Vladimir Jabotinsky · 1922
218printed page
scan 219 of 279

гритянскій вопросъ въ Сѣверной Америкѣ ярко иллюстри- руетъ печальную картину. Здѣсь, на фонѣ почти идель- наго демократизма, полной свободы, широкаго самоуправле- нія — расовая ненависть дѣйствуетъ въ самыхъ чудовищ- ныхъ формахъ и въ самомъ безпримѣсномъ, очищенномъ видѣ. Въ Россіи или въ Румыніи пускаются по крайней мѣрѣ въ ходъ, для оправданія аналогичныхъ явленій, доводы эко- номическаго или политическаго свойства: такая-то народность якобы революціонна или якобы эксплоатируетъ «коренную» бѣдноту. Въ Америкѣ никто даже не пытается сочинить что-либо подобное: негры политически кротки, какъ ягнята, и занимаются почти поголовно ремеслами или низшими ви- дами наемнаго труда. Во Франціи или въ нѣмецкой Австріи, чтобы оправдать антисемитизмъ, ссылаются на громадныя богатства Ротшильдовъ или такъ называемыхъ вѣнскихъ Quai-Juifs; въ Америкѣ среди негровъ нѣтъ ни одного крупнаго состоянія. Здѣсь на лицо простая, голая, ничѣмъ неприкрытая антипатія расы къ расѣ, безъ всякаго повода или предлога, такъ, здорово живешь. За то, что Джонсонъ повалилъ Джеффри. Это въ свободнѣйшей странѣ, среди на- селенія, почти поголовно грамотнаго, и въ другихъ случаяхъ — напримѣръ, въ обращеніи съ бѣлой женщиной или съ бѣлымъ ребенкомъ — рыцарски-корректнаго; это въ странѣ, гдѣ ни полиція, ни судъ не боятся никакого давленія сверху. Въ такой странѣ и въ такой средѣ расовая ненависть не разъ и не два, а изъ года въ годъ выливается въ такія формы, которыя соперничаютъ не только съ кишиневской или ба- кинской рѣзнею, но прямо съ подвигами курдовъ въ армян- скихъ вилайетахъ Турціи. Видно, противъ этой болѣзни не помогаютъ ни всеобщее голосованіе, ни всеобщее обученіе. Но есть нѣчто болѣе глубокое, чѣмъ демократія и даже чѣмъ поголовная грамотность: это — опытъ собственныхъ страданій. Принято вѣрить, что тотъ, кто самъ долго стра- далъ подъ гнетомъ сильнѣйшаго, не станеть угнетать еще слабѣйшихъ. Мы часто строимъ самыя розовыя надежды именно на томъ, что такой-то народъ самъ много вытер- пѣлъ — «значитъ», онъ будетъ сочувствовать и понимать, 218