все равно. Главноѣ то, что эти люди стоятъ передъ фактомъ, который рѣдко, ой рѣдко улыбается на землѣ: передъ сбыв- шейся мечтою. Албанія свободна. Албанія независима, Ал- банія — держава. Quantum mutatus ab illo! — подумалъ я, натолкнувшись въ перечнѣ делегатовъ на знакомое имя. Синьоръ N. N., албанецъ изъ Италіи. Я его помню изъ Рима, онъ былъ на моемъ фа- культетѣ. Я встрѣчалъ его рѣдко и думалъ, что онъ италья- нецъ, какъ всѣ. Однажды мы разговорились и онъ узналъ, что я корреспондентъ газеты. Человѣкъ ужасно оживился. — О! Ты долженъ меня проинтервьюировать. Въ Римѣ обычай, что студенты между собою на ты. — О чемъ? — спросилъ я съ очень нелестнымъ, но искрен- нимъ изумленіемъ. — Объ албанскомъ движеніи. Я ничего не зналъ про албанское движеніе, тѣмъ не менѣе сдѣлалъ интеллигентное выраженіе лица и спросилъ глубоко- мысленно: — А ты тутъ причемъ? — Я — албанецъ, членъ албанскаго комитета. Это очень интересно. Честное слово, очень интересно. Этому движенію предстоитъ великая будущность. Садись, бери записную книжку и интервьюируй меня. — Милый человѣкъ, — сказалъ я, — ты даже не спро- силъ, въ какой газетѣ я пишу. Ты можетъ быть думаешь, что моя газета — большой столичный вліятельный органъ. Ошибаешься. У насъ, въ Россіи, даже столичныя газеты лишены всякаго вліянія; ихъ политическая роль выражается въ русской пословицѣ: «что горохъ объ стѣнку». Но моя газета издается въ Одессѣ; ее читаютъ люди, которые не имѣютъ и никогда не будутъ имѣть никакого отношенія къ международной политикѣ. На что мы тебѣ, я съ моей газетой вмѣстѣ? — Все-таки! — сказалъ онъ, и заставилъ меня достать записную книжку. Интервью продолжалось цѣлый часъ. Вы бы тщетно искали его слѣда въ комплектахъ моей газеты за тотъ годъ: я, нижеподписавшійся, студентъ второго се- 196
Vladimir Jabotinsky · On Jews, Russia, and Nationalism: Early Writings of Vladimir Jabotinsky · 1922
196printed page
scan 197 of 279
scan 197 of 279