Vladimir Jabotinsky · On Jews, Russia, and Nationalism: Early Writings of Vladimir Jabotinsky · 1922
68printed page
scan 69 of 279

миѣ въ глаза; ея синіе глаза совсѣмъ потемнѣли. Одно мгно- веніе миѣ казалось, что изъ подъ ея рѣсницъ побѣгутъ сле- зы; еще одно мгновеніе миѣ казалось, что она станеть ко- лѣньями на скамью и кинется миѣ на шею. Но она не запла- кала и не кинулась, а только тихо, почти неосязаемо поло- жила руку на мой рукавъ и сказала особеннымъ, тихимъ, груднымъ, сосредоточеннымъ голосомъ, какого я еще не слы- шалъ и не подозрѣвалъ, голосомъ женщины, которая все и давно поняла: — Я тоже буду тосковать о васъ, мой единственный другъ на Принкипо. Признаюсь, у меня было движеніе поцѣловать ей руку, но я во время опомнился. Я увѣренъ, что она бы не удивилась, но я самъ почувствовалъ, что нельзя. Я даже не погладилъ ея волосъ. Я проглотилъ что - то такое, что стояло попе- рекъ горла, и сказалъ, лишь бы что - нибудь сказать, криво улыбаясь: — Развѣ я вашъ единственный другъ на Принкипо, Эдмэ? А подруги ваши по играмъ? А Клео? И тогда она мнѣ отвѣтила буквально слѣдующее... Эти слова, что называется, еще звучатъ въ моихъ ушахъ. Я, однако, начинаю колебаться, передать ли вамъ ихъ: мнѣ те- перь только пришло въ голову, что вы изъ нихъ сдѣлаете свои излюбленные выводы. Впрочемъ, такъ и быть, знаете романъ, знайте и развязку. Она отвѣтила буквально слѣ- дующее: — Ахъ, Клео... Знаете, вѣдь она еврейка. этимъ все сказано. Я вообще зато не люблю Принкипо, что тутъ всегда масса евреевъ. Они такіе вульгарные, я не выношу. А вы? 68