Vladimir Jabotinsky · On Jews, Russia, and Nationalism: Early Writings of Vladimir Jabotinsky · 1922
34printed page
scan 35 of 279

свое право одинъ разъ дождаться новогодней полночи въ ласкѣ домашняго тепла. Иногда надо жить, какъ всѣ живутъ. Если носишь постоянно не такія калоши, какъ у всѣхъ, то наконецъ душа не вытерпитъ. Перетянутымъ нервамъ луч- шее лѣкарство шаблонъ. И, кромѣ того, послѣ такой жизни именно шаблонъ представляетъ все очарованіе новизны. Добрый австрійскій Богъ понялъ меня и устроилъ все какъ полагается въ книжкахъ для хорошаго зимняго вечера въ укромномъ уголкѣ: на улицѣ гудѣлъ вѣтеръ, выла отъ времени до времени проволока трамвая, а дома было тихо, всѣ ушли, печка не дымила и лампа не коптила, ветчина и масло попа- лись хорошія. Завтра я нахлобучу шапку, подыму ворот- никъ и пойду своей дорогой по жесткому вѣтру, но одинъ вечеръ можно провести въ мягко-нагрѣтой ваннѣ своего соб- ственнаго, беззлобнаго, безмятежнаго эгоизма. Такъ я сидѣлъ и праздновалъ самъ не знаю что. Люди Вѣны праздновали свой Новый годъ; вы отстали отъ нихъ на тринадцать дней (говоря вообще, для васъ это совсѣмъ не- много) и празднуете свой Новый годъ на двѣ недѣли позже. Мнѣ все равно, я люблю всѣ народы на свѣтѣ и праздники всѣхъ народовъ; когда они ликуютъ о своихъ годовщинахъ и мнѣ случится быть неподалеку, я просто радъ тому, что людямъ весело, и праздную въ душѣ ихъ веселый часъ — если только нѣтъ у меня въ тотъ самый день собственныхъ траурныхъ поминокъ. Такъ я сидѣлъ и омывалъ запыленную душу покоемъ и воспоминаніями о далекихъ людяхъ и пробѣжавшихъ дняхъ, объ умирающемъ годѣ и обо всей грустной аллеѣ лѣтъ, рож- денныхъ и ушедшихъ за мою память. Гдѣ я въ послѣдній разъ пилъ въ эту полночь шампанское и желалъ сосѣдямъ несбыточныхъ вещей? А, это было у васъ, въ вашемъ го- родѣ, въ то милое наивное время пять лѣтъ назадъ. Пом- ните ли вы, какъ было все тогда по другому? Городъ вашъ былъ тогда веселымъ и красивымъ городомъ, братоубійство еще не обезобразило его улицъ и не обратило въ пустыри, по которымъ, озираясь, прошмыгиваютъ рѣдкія тѣни. Сами вы ждали каждый день чего-то великаго и радостнаго. Какъ 34