Vladimir Jabotinsky · On Jews, Russia, and Nationalism: Early Writings of Vladimir Jabotinsky · 1922
10scan
of 279

ВМѢСТО АПОЛОГІИ (1911) Если вникнуть какъ слѣдуетъ во вкусъ ритуальнаго обви- ненія, возникаетъ ощущеніе очень тяжелое, для впечатли- тельнаго человѣка нестерпимое. Вы вдумайтесь: вѣдь это про насъ, про меня, васъ, вашу мать! Каждый изъ насъ, говоря съ иновѣрцемъ, долженъ, значитъ, помнить, что тотъ, быть можетъ, въ эту самую минуту ежится и думаетъ: «а кто тебя знаетъ, не хлебнулъ ли когда-нибудь и ты изъ ритуальной рюмочки?» Попробуйте во все это вникнуть! Въ сущности, вѣдь это ужаснѣе, чѣмъ все остальное, что мы переносимъ въ этой тюрьмѣ. Я себѣ представляю, что впе- чатлительный человѣкъ, вдумавшись въ это обвиненіе какъ слѣдуетъ, во всю глубину, можетъ сойти съ ума отъ обиды и отчаянія, или, по крайней мѣрѣ, долженъ рыдать и рвать на себѣ волосы… Человѣкъ менѣе слабонервный, но зато наивный, долженъ выбѣжать на улицу, хватать тамъ прохожихъ за полу или за пуговицу и доказывать имъ, пока не охрипнетъ горло, что это клевета, что мы ни въ чемъ подобномъ не виноваты. Наконецъ, человѣкъ слѣпорожденный (среди насъ такихъ очень много) поступитъ иначе. Онъ себя успокоитъ обыч- ными успокоительными фразами: что въ такую нелѣпость никто въ сущности не вѣритъ; что сами обвинители въ нее не вѣрятъ; что это просто политическій маневръ; что вся благоразумная часть христіанскаго населенія (а таковая, ко- нечно, въ подавляющемъ большинствѣ) слушать не желаетъ подобной клеветы, даже возмущена ею; что, словомъ, все обстоитъ благополучно и на Шипкѣ спокойно.